Вода и почва Петербурга А. А. Иностранцев

Заключение

Как уже говорилось выше, рост г. Петербурга экстраординарный. Он таковым сделался не только ныне, но это его быстрое разростание можно видеть и из сравнения между собою старинных планов города. В 1700г. от истока Фонтанки вверх по р. Неве существовало только несколько больших деревень и отдельных мыз, как то: деревни Кюан, Враловщина, Себрина и т. д. С основания города, на плане его 1705 г. можно усмотреть, что постройки его не передвинулись от истоков р. Фонтанки выше по Неве, но уже к 1725 г. берега Невы от вышеуказаннаго пункта являются застроенными на протяжении 800 саж., а к 1738 г. разселение города вверх по р. Неве занимало уже 2380 саж. к 1849г. город уже дошел до своей настоящей границы, т. е. от истока р. Фонтанки увеличился на протяжении 2680 саж. В настоящее время, как известно, город по течению р. Невы уже слился с пригородом и на протяжении р. Невы до фарфороваго завода представляет почти непрерывное целое. Разростаются не только постройки жителей, но и фабрики и заводы, естественно выбирая себе места вверх по течению в расчете более удобнаго сплава своих продуктов в столицу. Конечно, город растет и по другим своим окраинам, но нам особенно важно его увеличение вверх по Неве, так как этим увеличением захватывается постепенно все большая и большая площадь загрязнения невских вод. Если от устья до черты города официально можно было принять 14,5 в., то ныне, благодаря непрерывному ряду построек до конца селения фарфороваго завода, надо эту границу отнести еще по крайней мере на шесть верст. Из общаго течения р. Невы двадцать верст принадлежит сильно населенной местности, т. е. почти 1/3 всего течения реки. Еще далее лежит, почти слившаяся, через ряд мелких селений, с фарфоровым заводом, Новосаратовская колония, до конца которой от границы города будет около девяти верст, а следовательно всего 23,5 версты Нева течет среди населенной местности. Допустим, что в пределах города по обеим берегам Невы на протяжении 14,5 верст был бы устроен коллектор для сбора и сплава в море запасов циркулирующей в почве всей воды. Но как показало изследование самой почвы Петербурга - она для воды проницаема, и, помимо коллектора, устройство котораго едва ли было бы возможно сделать ниже уровня Невы, в нашу реку проникали бы органическая вещества ниже этого коллектора. Что же надо было бы сделать для местности побережья Невы выше городской черты, т. е. вне пределов ведения городского муниципалитета? Раздавались неоднократно голоса, что надо привлечь петербургское земство к охране р. Невы от загрязнения выше пределов города. Что же может тут сделать и земство? Не может же оно устроить по всему течению Невы, как на правом, так и на левом ея берегах, коллекторы? Для этого никаких средств не хватить! Да этим и не спасешь Неву от загрязнения и снабжения ея органическими веществами, так как это загрязнение, как видели выше, начинается с ладожских каналов и продолжается от населения и притоков по всей Неве. Некоторые из притоков р. Невы несут в нее очень большое количество органическаго материала, так как они в то же время служат местом спуска разнообразных нечистот из городов и селений, лежащих по их течению. Гатчина и Колпино спускают свои нечистоты в р. Ижору, Павловск - в р. Славянку. Еще удивительно, что р. Ижора дает загрязнения только - в 64%. Обяснить это относительно малое содержание органических веществ можно только тою запрудою, которая устроена на р. Ижоре в Колпине для работ завода. Эта запруда спускает излишек воды в виде водопада, в котором вода вступает своею более значительною поверхностью в соприкосновение с кислородом воздуха, и этим обусловливается выпадение из нея некоторой части органических веществ. В невской долине лежит масса болот, из которых некоторыя отличаются весьма большими размерами и осушка которых потребовала бы опять грандиозных затрат, значительнаго времени и, во всяком случае, спуска болотных вод в ту же Неву. Ко всему этому надо прибавить, что во время навигации, как показано выше, по Неве перемещается масса народа, отбросы котораго также делаются достоянием невской воды и оградиться от которых едва ли возможно. Во всяком случае, земство не в состоянии уберечь Неву и лишить ея воду тех органических веществ, которыя, по моему мнению, делают невскую воду благоприятною средою для развития в ней разнообразных микроорганизмов. На настояния муниципалитета г. Петербурга об упорядочении санитарнаго состояния р. Невы выше города петербургское земство с спокойной совестью может ответить, что город более богат, чем земство, и что он сам должен раньше упорядочить воду Невы и каналов, так как при продолжительных западных и северо-западных ветрах загрязненная невская вода из города загоняется почти до половины течения воды. Так, по собранным мною сведениям, при вышеупомянутых ветрах подъем уровня воды доходил до одного аршина у д. Корчминой, лежащей несколько ниже невских порогов.

Примеры больших городов Зап. Европы, с населением от 1 до 5 миллионов жителей и лежащих на реках, показывают нам, что, несмотря на ряд разнообразных гигиенических мероприятий, воды их рек настолько загрязнены, что никому не приходить на мысль брать эту воду для потребления жителей. В самом деле, кто видел р. Темзу в Лондоне с водою, окрашенной в серовато-белый цвет, тот, конечно, по одному наружному ея виду признает ее непригодною к употреблению. Изследование р. Сены в самом Париже показывает сильное ея загрязнение и усиление последняго по мере прохождения чрез город. Не будем совершенно говорить о р. Шпрее в Берлине. P. Нева имеет всего 69 верст своего течения и уже треть ея заселена в сравнительно короткое время 200 лет; остаются две трети ея течения, которые постепенно загрязняются: водою ладожских каналов, прибрежным населением, передвижением людей во время навигации и, наконец, болотными водами притоков. Средства охранить воду Невы и очистить ея от загрязнения мы не имеем, а потому должны отказаться от употребления ея воды или поставить в этом отношении крест над невскою водою.

Муниципалитет г. Петербурга, по-видимому, уже давно пришел к тому же заключению, что и муниципалитеты других больших городов, и им была организована комисия по изысканию мест для добычи питьевой воды еще в 1894 г. Этой комисии была поставлена задача найти для города хорошую питьевую воду в количестве 2 миллюнов ведер в сутки. Мне пришлось принимать участие во всех комисиях, начиная с этой первой, и указать на Царскосельския высоты, как на место, где можно было надеяться найти нужное для города количество хорошей ключевой воды. Изследования в этой области гг. Алтухова и Фейгина обнаружили значительный запас воды на этих высотах. Разбор этих изследований в соединенной комисии Общества охранения народнаго здравия и Техническаго Общества под председательством H. П. Петрова значительно сократил расчеты гг. Алтухова и Фейгина относительно запаса вод на Царскосельских высотах и ответил муниципалитету города, что питьевых вод из вышеуказаннаго источника будет достаточно для снабжения Петербурга. Обсуждение этого вопроса в Городской Думе вызвало, главным образом со стороны гигиенистов, возражения, заключающияся в том, что это жесткия воды, которыя потребуют от жителей потребления большаго количества мыла, и что для питьевой воды надо будет строить новую водопроводную сеть. Другие возражали, что нахождение в квартирах двух кранов может повести к недоразумениям. Все эти возражения убедили Городскую Думу и остановили ее от выполнения предложеннаго проекта. В виду же указаний гг. Алтухова и Фейгина, что с Царскосельских высот можно добыть до 30 миллионов ведер в сутки, было постановлено продолжать эти изыскания, а равно направить изследования и на возможность снабжения Петербурга водою из другого источника.

В 1905 г. были организованы новыя изследования ключевых вод Царскосельских высот, а равно и юго-западнаго угла Ладожскаго озера. Первыя из этих изследований, подробный отчет о которых полностью еще не опубликован, указали, что бывают годы, когда выпадает так мало атмосферных осадков, что их недостаточно для питания источников, а с тем вместв и для снабжения Петербурга всею необходимою для него водою. Остается, следовательно, Ладожское озеро, которое представляет громадный запас, могущий снабдить город, не смотря на его экстраординарный рост, на много лет водою. Химический анализ этой воды, как видели, за несколько лет представил крайне однообразный состав, неизменившийся за шестьдесят лет. Правда, в состав воды этого озера входят и органическия вещества, но их так мало, что едва ли они обнаружат какое-либо особенно зловредное влияние на здоровье жителей. Если бы в течении времени это было обнаружено, то необходимо было бы прибегнуть к озонированию воды и тогда бы мы подучили почти идеально чистую воду.

Если я поставил крест над невскою водою, то только в смысле пользования ею для обихода жителей Петербурга, и в этом, как видели, я не расхожусь в своих воззрениях с муниципалитетом нашего города. Но, во всяком случае, я думаю, что мы обязаны охранять нашу красавицу Неву со всевозможных других сторон. На первых порах необходимо, после устройства канализации и водоснабжения, оградить Неву и каналы от прямого спуска в них разнообразных жидких нечистот, в особенности жидких людских экскрементов и жидких нечистот из больниц, клиник и т. п. - издать в этом отношении возможно строгия узаконения. Фабрики и заводы, лежащие как в городе, так и вверх по Неве, обязаны будут перед выпуском обезвреживать свои воды тем способом, который будет указан городским муниципалитетом. Второю мерою я считаю необходимыми опять-таки после устройства канализации и водоснабжения, устройства в пределах города правильной очистки землечерпательными машинами Невы и каналов, чтобы освободить их от органических и других наносов, скопившихся в некоторых местах в течении многих лет до грандиозных размеров. Как пример, могу указать на Неву вблизи центральной водопроводной станции. Разложение органическаго материала может дать не только миазмы, но и содействовать новому появлению микроорганизмов. Имея в виду, что уровень р. Невы очень часто меняется в зависимости от ветров и выпадения атмосферных осадков, разлагающийся материал, находящейся в воде, во время падения уровня, будет отлагаться на поверхности набережной и своим дальнейшим разложением может также зловредно влиять на здоровье жителей. Постепенная очистка Невы и каналов, на дне которых отлагается и песчаный материал, образуюший дельту р. Невы, будет содействовать и уничтожению в них мелей, а с тем вместе сделает нашу реку и каналы более судоходными. В особенности, если навстречу этому предприятию города по углублению и очистке фарватера пойдет и Правительство - в месте впадения р. Невы в Маркизову лужу.

Уже давно наш город был озабочен вопросом о канализации. Еще с проекта Линдлея (1877 г.) идет об этом разговор, но, как известно, значительныя суммы, необходимыя для подобнаго предприятия, постоянно представляли препятствие к его осуществлению. Только со времени нашей новой политической жизни явилась возможность снова и прямо заговорить о тех средствах, которыя можно достать для этого предприятия, так как имущества, подлежащия оценочному сбору, оцениваются в 663 милл. рублей, а разнообразныя казенныя здания, оцененныя в 876 милл. рублей, освобождены от такого сбора, хотя и пользуются разнообразными усовершенствованиями городского хозяйства. Этот новый доход может покрыть проценты и постепенно погашать тот заем, который необходимо будет сделать городу для канапизации и водоснабжения Петербурга.

В прекрасной книге покойнаго гласнаго A. H. Никитина довольно обстоятельно разобран вопрос о предстоящей канализации города. Топографическия его условия требуют строго раздельной системы, т. е., отделения фекальных жидкостей от сточных вод. Но, по моему мнению, предварительно устройства канализации, представляется крайне необходимым и спешным составление планов подземных работ нашего города. Разнообразныя подземныя сооружения, как то: проложение водопроводной сети, телефонов, подземных канав для сточных вод, отдельных коллекторов, путей спуска домовых фекальных жидкостей и т. п., все это не нанесено на планы, а потому и при канализационных работах такия неожиданныя сооружения могут представить серьезныя препятствия и нарушить правильность составленных проектов. Такая раздельная система канализации в то же время требует перекачивания фекальных жидкостей и освобождения от них или на поля орошения или непосредственным выпуском, предварительно обезвреженных жидкостей, в соседнее море. Такое требование будущей канализации предявить необходимо, так как низменное положение Петербурга не везде дает возможность, при сильном разбавлении таких фекальных жидкостей водою, естественными склонами направлять их движение из города. Для полей орошения нет мест в окрестностях Петербурга, так как направлять такия жидкости вверх по Неве на поля довольно широкой невской долины едва ли допустимо. Почва этих полей песчано-глинистая и, как видели выше, должна направить стоки своих почвенных вод в ту же Неву и выше города. Остается выкачивать фекальныя жидкости в соседнее море.

Те же топографическия условия Петербурга указывают нам, что вполне возможно город разбить для канализации на нескольно независимых участков. Острова невской дельты лучше всего могут демонстрировать эту относительно более легкую возможность осуществления такого проекта, тогда как незаречная часть, а так же Выборгская сторона представляют, в свою очередь, местности для отдельных систем канализаций и где, вероятно, возможно будет, хотя бы отчасти, воспользоваться естественными склонами, которые дадут возможность спускать жидкости - самотёком.

Из проектов такой раздельной системы канализации я остановлюсь на проекте инженера К. Д. Грибоедова, который довольно детально разработал его для Васильевскаго острова и который определил, что сама канялизация острова будет стоить около 3 миллионов рублей, да столько же обойдется оборудование станции биологической очистки. Так как едва ли представится возможность одновременно устроить канализацию всего города, то, мне кажется, было бы необходимым сделать опыт с Васильевским островом и спускать его фекальныя жидкости без предварительной очистки, но сильно разбавленныя водою, в соседний морской залив и параллельно с этим организовать в течение нескольких лет, до полной канализации всего города, наблюдение над санитарным состоянием этого острова. Весьма вероятно, что особых неудобств от такого опыта не представилось бы? Мне, конечно, могут возразить, что я проповедую систематичное загрязнение Маркизовой лужи и лишение Кронштадта пресной воды. Но эту самую лужу Петербург загрязняет уже столетиями, - припомним "Золотую мель", которая уже обнаружилась над уровнем моря; но сколько таких скоплений фекальнаго материала находится под водою и принимает участие в строении подводной части невской дельты нам ничего неизвестно и остается только догадываться? Принимая во внимание, что такой материал десятки лет вывозится на взморье, надо думать, что фекальных подводных мелей, недоступных нашему взору, в Маркизовой луже есть не малое количество. Было бы выгоднее снабдить Кронштадт тою же водою, которою питается и Ораниенбаум, тем более, что разстояние в 7-8 верст уж не такое значительное, чтобы потребовать очень больших, затрат. Тем более, что есть еще одно, более чем идеальное, предложение заключающееся в том, что, для сохранения status quo Маркизовой лужи, все фекальныя жидкости нашего города надо вывести сплошною канализациею за Кронштадт. Чтобы стоило такое грандиозное сооружение и когда бы явилась возможность его осуществления? Наблюдения над санитарным состоянием жителей Васильевскаго острова, если в первую очередь на нем устроят канализацию, показало бы нам, что нужны или нет столь дорого стоящия станции биологической очистки. Во всяком случае, постройка таких станций должна итти во вторую очередь, к которой очень возможно, что, благодаря быстрым успехам техники, самый способ биологической очистки сделается менее драгоценным?

Устройство раздельной канализации, т. е. отделение фекальных жидкостей от сточных вод, представляет еще вопрос о том: какую роль предоставить последним водам? Фекальныя жидкости, по проекту раздельной системы, будут удалены перекачиванием их по непроницаемым трубам. Для сточных вод надо приложить заботу не только о спуске их в соседние водоемы, но мне кажется, надо им предоставить и другую работу. Выше уже было показано на сколько мы успели загрязнить почву Петербурга, которая в некоторых местах прямо представляется клоакою, распространяя миазмы, проникающия, как показали гигиенисты, даже в наши жилыя помещения. Вот для такой загрязненной почвы нужна ея промывка сточными водами. Поэтому первое время нам не следует изменять систему мостовых и делать их для воды непроницаемыми. Систему канализации сточных вод надо заложить с тем расчетом, чтобы несколько понизить, где возможно, горизонт почвенных вод и чтобы каналы собирали воду, просачивающуюся из почвы и выводили ее в прилегающие водные бассейны. Таким небольшим понижением уровня почвенной воды мы лишим образовавшийся жильевой слой его влияния на задержание воды, а с тем вместе вызовем и его высыхание. Имеяв виду, что под значительною поверхностью Петербурга этот жильевой слой образовался среди дельтовых песков, проницаемых легко и воздухом, работа кислорода котораго должна вызвать окисление органических веществ и их медленное сгорание, организованный наблюдения над сточными водами в течение некотораго времени могли бы указать нам, какую роль в очистке почвы играют эти воды и когда надо было бы озаботиться об полной изолированности почвы от сточных вод - непроницаемыми мостовыми.

Параллельно с этим необходимо к тем участкам города, где почва является сильно загрязненною, применить, в особенности при постройке новых домов, тот способ, который применил муниципалитет г. Праги к еврейскому кварталу "Гетто". Этот квартал был целиком разрушен, почва его была вывезена вон из города и ею удобрили окрестныя поля, а взамен ея был привезен чистый песок, на котором и разбили новые участки и построили новые дома. В пределы Петербурга, в силу быстраго разростания, уже вошло много больниц и казарм, под которыми мы имеем наиболее загрязненную почву. Вынос из города этих больниц и казарм на окраины и соединение их трамваем с городом, освободит значительный пространства от систематичнаго загрязнения. Некоторые из таких участков, как например из под Мариинской больницы, можно было бы также очистить, как Гетто в Праге, на месте других - как Обуховская и Калинкинская больницы,- можно было бы развести парки или скверы и при помощи растительности до некоторой степени очистить почву от загрязнения. От такой постановки дела города выиграл бы не только в гигиеническом, но и в материальном отношении. В Петербурге остались бы амбулатории с небольшим помещением для приема больных, из которых заразных или других серьёзных больных отправляли бы ежедневно в особых больничных вагонах по трамваю в находящияся на окраинах городския больницы.

Хотя кладбища, по мнению гигиенистов, и менее загрязняют почву, чем живущий на ней человек, тем не менее, примыкание некоторых из наших кладбищ, в силу роста города, к городским постройкам и переполнение их трупами также представляется явлением нежелательным и требует, как это еще сорок лет тому.назад утверждали д-ра Архангельский и Силич, закрытия их в самом городе. Выбор новых мест для городских кладбищ должен быть направлен на высоты, прилегающия как с севера, так и с юга к Петербургу, но, отнюдь не по р. Неве выше города - как Преображенское кладбище, которое, по моему мнению, также подлежит закрытию.

Может быть я до некоторой степени идеализирую возможность оздоровления воды и почвы г. Петербурга, но во всяком случае, осуществление моих идеалов представляет меньшую денежную стоимость, чем вывод нечистот из Петербурга за Кронштадт, или возможность привлечения земства к охране р. Невы выше города. Некоторыя мысли моих идеалов были и у представителей нашего муниципалитета, другия - принадлежат мне и думается, что совместное осуществление их, хотя бы и в будущем, может со временем сделать и мой родной город местом удобным для существования и сохранения многих жизней от преждевременной смерти?

Почва На главную

Рейтинг@Mail.ru